Отец Нибена

Перевод и комментарии Флорина Джалила

Введение:

Писать чью-либо биографию всегда трудно. Обычно для этого обращаются к различным источникам и сравнивают данные разных летописей, выделяя факты и отбрасывая слухи и сплетни — и в написании подобного труда это самое сложное. Говорят, что Вогин Джарт, написавший серию книг о Королеве-Волчице Солитьюда, использовал более ста источников. Я не могу пожаловаться на то, что в моей работе встретились такие же сложности.

Существует лишь одна сохранившаяся запись о человеке по имени Топал Кормчий, первом из альдмерских исследователей Тамриэля. Только четыре коротких отрывка из эпоса «Отец Нибена» дожили до наших дней, но они представляют интересный, хотя и спорный взгляд на Среднюю меретическую эру, когда Топал Кормчий бороздил моря Тамриэля.

Хотя «Отец Нибена» — это единственный письменное свидетельство путешествий Топала Кормчего, это далеко не единственное доказательство его существования. Среди сокровищ великой Кристаллической Башни острова Саммерсет есть его хоть и неточные, но поражающие воображение карты, наследие, оставленное им для всего Тамриэля.

Перевод альдмерского Удендра Нибену, «Отец Нибена», принадлежит моему перу, и я понимаю, что многие ученые могут со мной не согласиться в выборе тех или иных слов. Хотя и не могу обещать, что мой текст сможет передать всю красоту оригинала, я могу заверить моего читателя, что пытался лишь достичь логического соответствия.

Фрагмент первый:

Второй корабль «Пасквиниель», управляемый рулевым
Иллио, должен был следовать по путеводному
Камню юга; а третий «Нибен», под управлением
Топала Кормчего, должен был направиться по
Путеводному камню северо-востока; приказ ему был дан такой:
От Кристаллической Башни плыть в течение
Восьмидесяти лун и вернуться, чтобы обо всем доложить.
Только «Нибен» вернулся в Фестхолд, корабль был
Загружен золотом, специями, мехами и странными созданиями,
Мертвыми и живыми.
Однако, Топал так и не нашел Старый Элнофей, хотя
Он рассказал истории о землях,
Чудеснее которых нет на свете.
Шестьдесят шесть дней и ночей он плыл среди бушующего
Моря, водоворотов, через
Туман, который жег, подобно пламени, пока он не достиг
Входа в большой залив, покрытый
Зеленеющими лугами и лесистыми лощинами.
Когда он и его команда отдыхали там, вдруг раздался страшный рев,
И отвратительные орки бросились на них из темной
Лощины; со следами крови человеческой на зубах.

В течение многих веков в местах крушений альдмерских кораблей и на остатках пристаней находили странные шары, вырезанные из хрусталя, артефакты, обычные для Меретической эры и эры Рассвета, которые ставили археологов в тупик — пока не было обнаружено, что у них есть тенденция располагать свои оси в каком-то особенном направлении. Есть три варианта: один вид всегда направлен на юг, другой на северо-восток, третий на северо-запад. Не совсем ясно, как они работают, но, видимо, они располагаются по определенным меридианам силы. Это и есть "путеводные камни", упосянутые в этом фрагменте, по которым ориентировался мореход в ходе своего путешествия. Корабль, название которого не упомянуто в данном отрывке, направился на северо-запад к Трасу и Йокуде. «Пасквиниель» направился по путеводному камню юга, вероятно, к Пиандонее. Топал же, следуя путеводному камню северо-запада, обнаружил земли Тамриэля.

Этот фрагмент даёт нам понять, что три корабля отправились на поиски Старого Эльнофея — альдмеры, живущие на Саммерсете, хотели знать, что случилось с их родиной. Поскольку данная работа является исследованием, посвященным Топалу Кормчему, вряд ли мы сможем найти в ней место для обсуждения теорий исхода альдмеров из Старого Эльнофея. Если бы мы использовали эту поэму в качестве единственного источника, то нам пришлось бы согласиться с мнением ученых, полагающих, что несколько кораблей отплыли из Старого Эльнофея и попали в шторм. Выжившие попали на остров Саммерсет, но теперь у них не было путеводных камней, и они не смогли найти путь на родину. Иначе какое может быть объяснение тому, что три корабля отправились в разных направлениях, чтобы найти это место?

Только один корабль вернулся, и мы не знаем, куда делись остальные два. Быть может, они отыскали Старый Эльнофей, или же исчезли в морской пучине или в руках древних пиандонейцев, слоудов или йокуданов. Если мы не считаем альдмеров глупцами, то мы должны признать, что, по крайней мере, один из кораблей отправился в верном направлении. Возможно, это даже был Топал, который просто не заплыл на северо-восток достаточно далеко.

Итак, Топал отправился на северо-восток от Фестхолда. Как мы знаем сегодня, это направление, в котором можно двигаться по Абесинскому морю дольше всего, не встречая земли. Если он бы двигался на восток, то через несколько недель пристал бы к континенту где-то в районе сегодняшнего Коловианского Запада Сиродила. Если бы он плыл на юго-восток, то через несколько дней достиг бы холмов Валенвуда. Но наш рулевой, судя по всему, отправился на северо-восток через Абесинское море и Илиакский залив, и через пару месяцев пристал к берегу где-то у современного Антиклера.

Зеленеющие холмы южного Хай Рока не может не узнать никто из тех, кто хоть раз видел их до этого. Конечно, остается вопрос, откуда взялись орки, наводнившие тот регион? Традиционно считается, что орки начали появляться только после того, как альдмеры расселились на континенте, и что они возникли как отдельная раса после знаменитой битвы между Тринимаком и Боэтией во времена Ресдайна.

Не исключено, эта точка зрения ошибочна. Возможно, орки были аборигенами, населявшими те места до альдмерской колонизации. Возможно, это было другое проклятое племя, "орсимер" на альдмерис значит то же, что и "орк", и, может, в разные эпохи это слово использовалось для обозначения разных племен. Очень жаль, что первый фрагмент обрывается на этом месте, и значительная часть текста, которая могла бы открыть истину, для нас потеряна.

Мы можем лишь догадываться о содержании текста, расположенного между первым и вторым фрагментами. Прошло больше восьмидесяти месяцев, потому что Топал оказывается уже на противоположной стороне Тамриэля, и собирается плыть на юго-запад, чтобы вернуться в Фестхолд, так и не достигнув Старого Эльнофея.

Фрагмент второй:

Не найти прохода на запад в острых скалах,
Торчащих ввысь подобно огромной челюсти, и «Нибен»
Плывет на юг.
Проплывая мимо острова песчаного, лесного, обещающего
Приют и покой, команда преисполнилась радости.
Но радость их сменилась ужасом, когда громадная тень выросла
Из-за деревьев на кожистых крыльях
Огромный летучий ящер размером с корабль, но кормчий
Топал натянул лук и сбил его стрелой в голову
Когда тот падал, он спросил своего Бо'суна: "Думаешь, он мертв?"
И прежде, чем ящер упал в волны, он
Выстрелил еще раз тому в сердце.
И еще сорок шесть дней «Нибен» двигался на юг.


Тут мы видим, что в дополнение к талантам Топала в качестве морехода, картографа, путешественника и рассказчика, он еще и мастерски владеет луком. Конечно, это может быть некоторое художественное преувеличение, но у нас есть археологические доказательства того, что альдмеры Меретической эры были искусными лучниками. Их луки из дерева и кости, украшенные серебристой шелковой нитью изумительны, и как говорят специалисты, ими и сейчас, спустя тысячелетие после их создания, можно пользоваться по назначению.

Так и хочется представить себе дракона, однако создание, с которым столкнулся Топал в начале этого фрагмента по описанию похоже на предка скальных наездников сегодняшнего Морровинда. Коварное скалистое побережье похоже на область у Некрома, а остров Горн - вероятное обиталище "летучего ящера". Насколько известно, сегодня такие создания в Морровинде не живут.

Фрагмент третий:

Вонючие зловещие болота и люди-ящеры
Остались на востоке. Топала и его людей
Сердца наполнились радостью от вида
Сверкающе-голубого чистого океана.
В течение трех дней они спокойно плыли на северо-запад,
Куда манил их Фестхолд, но надежда вдруг исчезла,
Превратившись в страх, когда земля явилась
Пред ними.
Топал Кормчий был в ярости, и обратился
К картам, написанным его рукой, дабы
Узнать, что будет лучше — пойти на юг
И обогнуть континент, или пойти вверх по реке,
Текущей к северу.
"На север! — скомандовал он своим людям. — Идём на север мы!
Не бойтесь, идем на север!"


Вычисляя передвижения Топала, мы можем определить, что он наткнулся на берег Морровинда и начал продвигаться через Южное Чернотопье, стараясь следовать показаниям своего путеводного камня настолько, насколько возможно. Болота, которые они оставили, вероятно, находились недалеко от современного Гидеона. Зная о личных качествах Топала, нам не сложно понять, почему он так расстроился, оказавшись в заливе между Чернотопьем и Эльсвейром. Такой человек, как он, неукоснительно следует своему плану и знает, что ему надо идти на северо-восток по реке, чтобы достичь Фестхолда. Смотря на его карты, мы видим, что он пытался найти проход, поскольку он нанес на карты Внутреннее море Морровинда и несколько болотистых притоков Чернотопья. Без сомнения, болезни и аргонианские племена, которые отбивали всякую охоту к изысканиям и у будущих поколений исследователей, заставили его свернуть с намеченного пути.

Держа в руках современную карту Тамриэля, мы видим, что решение избрать путь на северо-восток вместо юга было ошибкой. Он не мог знать, что то, что он принял за основную часть материка, было лишь маленьким выдающимся полуостровом. Он лишь знал, что уже зашел слишком далеко на юг, и принял разумное, но, к сожалению, ошибочное решение подниматься по реке.

Какая ирония, что это упущение сегодня стало знаменательным историческим событием. Залив, который он принял за безбрежный океан, сегодня известен как Топальская бухта, а река, которая ввела его в заблуждение, называется по имени его судна - река Нибен.

Фрагмент четвёртый:

Демоны-кошки на двух и четырех лапах бежали по берегам реки,
Всегда удерживая судно в поле зрения
Своих зеленых глаз, шипя, плюясь и
Яростно рыча.
Но путникам не пришлось приставать к берегу,
Поскольку фруктовые деревья так низко опускали,
Свои ветви над водой,
Будто собирались их обнять, и люди собирали
Фрукты прежде, чем кошки успевали подскочить.
Одиннадцать дней они плыли по реке на север,
Пока не попали на озеро хрустальной чистоты с восьмью островами
Изумительной красоты и спокойствия.
Сверкающие летучие создания изумительных цветов
Приветствовали их на языке альдмеров,
Изумляя людей, пока они не поняли,
Что те только повторяют слова,
Услышанные ими,
Не понимая смысла их. Это развеселило
Моряков.
Топал Кормчий был просто очарован островами
И пернатым его населением.
«Нибен» там остановился на целый месяц, и люди-птицы
Научились произносить слова
И писать своей когтистой лапой.
От радости, что получили так много новых знаний, они сделали Топала
Своим властителем, отдав ему в подарок
Острова.
Топал сказал, что однажды он вернутся, но для начала он
Должен найти путь к востоку, к Фестхолду, который теперь
Так далеко.


Этот последний фрагмент производит такое приятное впечатление из-за ряда причин.

Нам известно, что эти странные и добродушные пернатые обитатели, с которыми столкнулся рулевой, в дальнейшем исчезли. Фактически, это единственное место в текстах, где упомянуты птицы Сиродила. Грамотность, принесенная им Топалом, не помогла им спастись от смертельной участи. Вероятно, они погибли от лап "демонов-кошек", предположительно, древних хаджитов.

Сегодня мы понимаем, что Топал и его команда так и не выбрались с восьми островов — современного Имперского города — к Илиакскому заливу. Его карты могут рассказать нам больше, чем поэма. Мы видим его путь по реке Нибен к озеру Румаре; сделав еще несколько попыток, которые так и не привели его к цели, он впал в тяжелейшую депрессию, как и вся его многострадальная команда. Они возвращались по реке Нибен к Топальской бухте. Очевидно, они обнаружили свою ошибку, поскольку мы знаем, что они обогнули полуостров Эльсвейр. Они двигались вдоль его берегов, затем вдоль берегов Валенвуда, домой. Обычно все эпические истории заканчиваются счастливо, но у этой истории счастливое начало, а не конец. Никто из не достиг цели.

Кроме необыкновенных птиц Сиродила, мы встретили древних орков (вероятно), древних скальных наездников, древних аргониан и древних каджитов в последнем фрагменте. Это великая история, заключенная в нескольких строфах простых стихов - история ошибки, допущенной человеком, который хотел вернуться домой, но выбрал не ту дорогу.